Argot Collective работает на пересечении технического мастерства и организационных экспериментов. Его новаторская работа сосредоточена на создании языков программирования и инструментов верификации для экосистемы Ethereum. Участники создают виртуальную инфраструктуру, которая позволяет людям разрабатывать приложения на блокчейне. История того, как эта группа вместе принимает решения, не менее интересна, чем то, что она создаёт.
Когда группа исследователей и разработчиков решила отделиться от Ethereum Foundation, они не просто создавали очередную технологическую компанию. Они попытались сделать нечто иное: создать команду без управленческой иерархии, в которой каждое значимое решение принималось бы на основе согласия, а не по указанию сверху.
«Все понимали, что это будет непросто, — вспоминает Шон Биллиг, один из участников-основателей Argot Collective. — Это большая группа с разными взглядами и ценностями. Я бы не хотел, чтобы было иначе».
Готовность к трудностям
По мере развития Ethereum Foundation некоторые команды пришли к убеждению, что важные решения можно и нужно принимать коллективно. Вместо того чтобы бороться со структурным конфликтом, одна группа решила создать альтернативу — организацию, в которой действительно не было бы руководящей команды.
В этой новой организации для закрытия проекта или смены направления требовалось бы согласие всей группы. Ethereum Foundation поддержал переход, предоставил финансирование и помог с юридической структурой. Argot Collective был благодарен за эту поддержку и уверенное начало.
На практике желание иметь плоскую структуру и работа в такой структуре — совершенно разные задачи.
Поиск подходящего инструмента для коллектива
Шон много лет знал о Loomio благодаря сообществу Scuttlebutt. Он прочитал руководство Enspiral и изучил работы Аланны Ирвинг о практиках совместной работы в книге Better Work Together. Когда пришло время решить, как именно Argot будет принимать решения, выбор Loomio был почти предрешён.
«Его создали люди, которые жили в соответствии с тем коллективным мышлением, которое мы надеялись воплотить», — объясняет Шон.
Сначала они развернули собственный экземпляр, чтобы опробовать платформу. Убедившись, что она отвечает их потребностям, они с помощью разработчика перешли на официальный хостинг Loomio. Они используют его уже 18 месяцев, попутно совершенствуя свои процессы.
Аня Петкович Комел, математик, присоединившаяся к Argot для работы над формальной верификацией, пришла в коллектив, где уже использовали Loomio и сложилась соответствующая культура. Раньше она не пользовалась ничем подобным. «Мне сразу понравилось, — говорит она. — У вас есть платформа, на которой можно выразить своё мнение асинхронно. Она позволяет каждому внести свой вклад независимо от часового пояса. Могу подтвердить, что теперь все наши „официальные“ решения как коллектива принимаются в Loomio».
Одним из первых официальных действий Argot стало закрепление этого решения в уставе. Решения, принятые в Loomio, считаются юридически обязательными. Loomio служит для них официальной системой учёта решений.
Вес «официальных» решений
Официальный статус создаёт интересную динамику. Поскольку в Loomio принимаются обязательные решения, что закреплено в юридических документах, к платформе относятся с определённой серьёзностью. Люди внимательно подходят к формулировкам предложений. Коллеги тратят время на то, чтобы структурировать свои мысли для записи.
«Когда мои слова записываются, я уделяю им больше времени и яснее структурирую мысли, — отмечает Аня. — Для меня это хорошо».
Но та же серьёзность может заставлять людей колебаться. Шон замечает, что обсуждения часто начинаются в чатах, а не в Loomio. Быстрый вопрос иногда превращается в длинное обсуждение достоинств и компромиссов. Поскольку чат кажется менее формальным и официальным, люди остаются в нём, вместо того чтобы перейти в Loomio, где разговор сохранялся бы как обсуждение и был бы доступен для поиска.
«Есть ощущение мимолётности, — замечает Шон. — Людям комфортно лично и наедине говорить о вещах, которые они не стали бы писать в чате. А в чате им удобно обсуждать то, что они не решились бы разместить в Loomio».
Функция «Блокирую» в Loomio имеет похожий вес. Блокировать предложение кажется серьёзным шагом, словно вы отвергаете чью-то тщательно продуманную работу. Это может замедлять процесс, но имеет и положительный эффект. «Это даёт нам чувство защищённости, — объясняет Аня. — Когда вы произносите это вслух, появляется чувство безопасности: у нас есть возможность выразить несогласие и найти другое решение».
Предложения редко блокируют. Но важно знать, что это возможно. Это даёт участникам команды прямой способ выразить свою позицию.
Учиться в процессе
Argot Collective официально работает как самостоятельная организация меньше года. До этого участники несколько месяцев разбирали сложные вопросы о структуре, зарплатах и о том, как организовать принятие решений на основе согласия в коллективе их размера.
Они создали типы решений по модели Enspiral: проверки мнений, стандартные решения, значимые решения и решения с кворумом. Они настроили шаблоны с требованиями к участию. Чтобы стандартное решение было принято, за него должны проголосовать 50% участников, и никто не должен блокировать предложение. Недавние обновления функций Loomio позволяют им задавать эти правила непосредственно в предложениях.
Коллектив всё ещё вырабатывает нормы общения. Какие идеи стоит выносить на обсуждение в Loomio, а какие оставить в рабочем чате? Когда нужно выдвигать официальное предложение, а когда достаточно предварительно узнать мнения? У группы ещё не возникало по-настоящему спорных вопросов. Она всё ещё находится на этапе обучения.
«Мы несколько изолированы от типичных для организаций источников стресса, — говорит Шон. — У нас есть запас средств. Нам не нужно стремиться к прибыли. Мы работаем над открытым программным обеспечением и надеемся, что гранты покроют все расходы». Эти условия дают им редкую возможность экспериментировать.
По мере того как команда выросла до 28 человек, часть которых находится в Берлине, а остальные живут в разных странах Азии, Европы и США, поддерживать отношения становится сложнее. «Думаю, если мы выживем как организация, то благодаря крепким межличностным отношениям», — говорит Шон. Группа организует выездные встречи и участвует в них дважды в год специально для укрепления этих связей.
Советы коллективам
Аня откровенно рассказывает о скептицизме, с которым сталкивается. «Моя семья спрашивает: кто следит за тем, чтобы вы работали? Кто начальник? Должен же быть кто-то, кто принимает решения». Обычно считается, что последнее слово должно оставаться за кем-то одним.
Но её опыт в Argot доказывает обратное. «Нам всё равно удаётся вести сложные разговоры. Мы не избегаем их только потому, что у нас нет начальника, который примет решение. Поскольку все мы чувствуем ответственность за принимаемые решения, мы раньше начинаем эти разговоры. Общее представление о том, что за кем-то должно оставаться последнее слово, пока здесь не подтвердилось».
Нам всё равно удаётся вести сложные разговоры. Мы не избегаем их только потому, что у нас нет начальника, который примет решение. Поскольку все мы чувствуем ответственность за принимаемые решения, мы раньше начинаем эти разговоры.
Совет Шона перекликается с этим: «Самое важное — личные отношения. Нужно стараться понять, чем руководствуются другие, и открыто говорить о своих чувствах. По мере нашего роста это может стать сложнее». Организации и команды, которые хотят эффективно работать таким новым способом, должны быть готовы уделять внимание межличностным отношениям и заботе о сообществе.
В начале 2026 года дела у Argot идут хорошо. Участники создают и развивают важнейшую инфраструктуру для Ethereum. Они экспериментируют с новыми проектами. И одновременно доказывают, что 28 технических специалистов могут вместе принимать решения без иерархии — благодаря открытым обсуждениям, осознанному развитию культуры и подходящим инструментам для поддержки процесса принятия решений.
«Я настроена очень оптимистично, — с улыбкой говорит Аня. — Надеюсь, мы не ошибаемся».
Прочитать манифест Argot можно здесь.
